содержание • хроника сайта  • указатель произведений
о нас • авторы • contents
 

Наталья КРАСАВЦЕВА

Музыка слова

В конце декабря 2002 года в петрозаводском клубе ЛИК состоялся литературно-музыкальный вечер, посвященный памяти поэта Николая Клюева.

В ушедшем году ЛИКу исполнилось 15 лет. Клуб существует в стенах филиала №3 МУ ЦБС (муниципальное учреждение Центральной библиотечной системы). В народе не прижилось длинное и слишком официозное название, поэтому филиал №3 именуют библиотекой на Куковке (район Петрозаводска). Работники библиотеки, в свою очередь, опоэтизировали название своего клуба, придумав романтичную аббревиатуру — ЛИК. Расшифровка дает представление о содержании работы клуба — Литература. Искусство. Культура. Как рассказала заведующая библиотекой Галина Сохнова, в руководстве ЛИКом на общественных началах работают два человека: Светлана Синцова, доцент Петрозаводской консерватории, и Евгений Неелов, филолог, профессор Петрозаводского госуниверситета. Организатором музыкального вечера 22 декабря была Светлана Синцова, выступавшая также и в роли музыканта-аккомпаниатора.

Имя Николая Клюева пока что мало известно широкому кругу не только читателей, но и любителей поэзии по многим причинам. Одна из них — устоявшееся представление о том, что творчество Клюева, Есенина, Клычкова и других поэтов, вышедших из крестьянской среды, не столь значимо по сравнению с такими их современниками, как, например, Ахматова или Мандельштам. Между тем, Александр Блок, ставший символом поэтической традиции серебряного века, так писал в одном из писем к сестре: «Сестра моя, Христос среди нас. Это Николай Клюев». Другая причина — определенная трудность при восприятия достаточно сложной поэзии Николая Клюева. Однако сейчас исследованием творчества поэта занимаются многие видные исследователи, в том числе и из Петрозаводска. Так, со вступительным словом на вечере в ЛИКе выступила доктор филологических наук Елена Маркова, автор монографии «Творчество Николая Клюева в контексте севернорусского словесного искусства». Она коснулась некоторых биографических моментов в трагической судьбе поэта, казненного в 1937 году. Но основная тема ее выступления была посвящена музыкальным особенностям поэзии Николая Клюева и его пророческому дару. Интересно то, что время проведения вечера совпало с днем православного праздника — Иконы Божией Матери «Нечаянная Радость». И это знаменательно, ведь Клюева называли «Пророком Нечаянной Радости». Елена Ивановна подчеркнула, что многие свои стихи, иногда и циклы, Клюев называл песнями: «Песня про судьбу», «Избяные песни», а его поэма-завещание носит название «Песнь о Великой Матери».

«В Клюеве соединялось все, — сказала она. — И христианство, и язычество. За дар предсказания его нарекали апостолом, за близость к народной традиции — ведуном и колдуном. Клюев был выходцем из старообрядческой семьи, он считал, что упадок России начался с раскола православной церкви. Кстати, свою первую речь, за которую Клюев был наречен апостолом, поэт произнес на Кургане — современном районе Петрозаводска».

Елена Маркова рассказала и об отношении поэта к музыке, считавшим звук чем-то сакральным, уходящим в горние вершины: «Я видел звука лик и музыку постиг». Клюев воспринимал музыку прежде всего как хвалу Богу.

Поэзия Клюева привлекает современных серьезных музыкантов и исполнителей, в том числе и карельских. Так, заслуженный деятель искусств Карелии, профессор петрозаводской консерватории Роман Зелинский написал цикл музыкальный произведений на стихи Николая Клюева. На вечере их исполнял народный артист Карелии, профессор Петрозаводского госуниверситета Виктор Каликин, обладатель уникального баса-баритона. Прозвучали «Елушка-сестрица…», «Как у нашего двора…», «Не под елью белый мох…», «Бродит темень по углам…». Музыка Романа Зелинского объединила народное начало и элементы, идущие от современной классики. Таким образом, композитор увидел и соединил то, что присуще поэтике Николая Клюева. Характерная черта творческого почерка Зелинского — проникновение в суть народной русской традиции. Печальные и вольные мотивы, перепады и переходы от динамичных картин народной жизни к их философскому осмыслению захватили аудиторию. Для многих, по их собственному признанию, открылись неизведанные и неисчерпаемые горизонты поэтического слова Клюева.